На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Православное воинство - Библиотека  

Версия для печати

Флотские священники. Глава II. §1

Завершение создания института православного морского духовенства в период парусного флота.

Таким образом, в период парусного флота петровских времен прошло создание института православного морского духовенства, были заложены основные принципы его комплектования, управления, правового и материального регулирования деятельности его членов, определен круг обязанностей морских священнослужителей.

Вновь созданный институт духовно-нравственного воздействия на моряков обладал определенными отличительными чертами.

Во-первых, формирование системы управления флотским духовенством складывалось независимо от местных епархиальных властей, что, с одной стороны, способствовало уменьшению бюрократических элементов в области отдачи распоряжений и принятия решений, а с другой стороны, данное положение приводило к определенным трудностям при взаимоотношениях с местными священниками, так как территориально флот находился под юрисдикцией местных епархий.

Во-вторых, опыт назначения священнослужителей на флот, приобретенный руководством Александро-Невской лавры, которому были переданы все права в данном вопросе, представляют собой большую значимость, так как он учитывал потребное количество монахов и священников для службы на флоте, способы и приемы их вызова, обеспечение переезда к месту службы и обратно, внешние условия службы, правовое и материальное положение и т.д., что было учтено в дальнейшем Святейшим Синодом.

В-третьих, многие русские люди не верили в идею создания сильного морского флота, и, как следствие этого, назначение священнослужителей на флот считалось чем-то вроде ссылки. Необходимость преодоления подобных мнений подталкивала морские и духовные власти на реализацию мер, повышающих престиж морской службы, авторитет судового священника, его материальное положение, что было закреплено в Морском уставе 1720 года.

В-четвертых, на определение круга обязанностей флотского священнослужителя существенно влияли условия флотской службы. Стесненные условия корабельных помещений, длительный отрыв от берега и нахождение в море, занятость экипажа вахтами и работами, с одной стороны, сужали возможности для проведения работы по духовно-нравственному просвещению и воспитанию моряков, а, с другой стороны, побуждали к поиску новых, творческих и нетрадиционных подходов в этом направлении.

В период до 1800 года организация военно-морского духовенства не претерпела серьезных изменений, проходя проверку на практике.

Особняком, правда, стоит этап правления Екатерины II (1762-1796гг.), которая вошла в историю как “великая”. Многие историки справедливо полагают, что это произошло благодаря искусному применению флота для достижения своих военно-политических целей.

При Екатерине II для “Балтийского флота было построено 89 линейных кораблей, 40 больших и 18 малых фрегатов, для Черноморского флота - 15 линейных кораблей, 50 фрегатов. Бюджет флота вырос с 1.200.000 рублей до 10.000.000 рублей”[1].

Для повышения престижа воинской службы императрица при личном посещении Кронштадта возвела своего сына и наследника Павла в ранг генерал-адмирала Российского флота.

Принцип отбора для флота всего лучшего, что было в России, дальнейшем ставший государственной традицией, коснулся и морских священнослужителей. Так, в 1788 году, готовясь отправить флот в Средиземное море для войны с Турцией, Екатерина II указывала о необходимости снабдить флот “искусными, доброго поведения священниками и особенно главным священником...”[2]. Выбор пал на Никодима, архиепископа Реардамского, который для похода был вызван из Киева.

Годы правления императора Павла I (1796-1801) были ознаменованы рядом особенностей, которые касались института морского духовенства.

Во-первых, 25 февраля 1797 года был принят новый “Устав Военного флота”, который военно-морские специалисты считают более демократичным, чем Морской устав 1720 года Петра I. Интерес представляет тот факт, что при анализе глав устава, касающихся деятельности священнослужителя на корабле, его обязанностей, можно прийти к выводу, что они абсолютно одинаковы.

Так же как и прежде священнослужителю вменялось в обязанность служит примером достойного поведения, отправлять богослужения и заботиться о больных, причем, что касается последнего пункта, так же как и в уставе 1720 года предписывалось поддерживать отношения с лекарем.

С одной стороны, указанное сходство вызывает удивление, так как флот рос количественно и качественно, увеличивался масштаб решаемых им задач, а положение и обязанности флотского духовенства оставались прежними.

С другой стороны, неизменность положения о корабельных священнослужителях говорит о том, что те задачи и функции, которые возлагал на духовных лиц Петр I в своем уставе, не только выдержали проверку временем и органично вписались в быт и традиции корабельной службы, но и в течение почти 80 лет приносили ощутимый эффект в деле духовного и морально-психологического обеспечения боевых действий флота.

Во-вторых, указом Павла I от 4 апреля 1800 года военное духовенство законодательно было окончательно обособлено от епархиального и начинает вести независимую политику. Организационно оно стало подчиняться Святейшему Синоду.

Одновременно с этим Святейший Синод предписывал всем епархиальным архиереям поддерживать тесную связь с обер-иеромонахами в плане подбора и комплектования священнослужителями для службы на флоте.

В-третьих, Павел I объединил армейское и флотское духовенство, а для сосредоточения руководства подчиненным духовенством в одних руках он ввел новую должность, которая стала постоянной - полевого обер-священника армии и флотов. Первым на указанную должность был назначен протоирей Озерецковский П.Я. Интересен был факт его назначения. “После того, как собранные кандидаты на должность полевого обер-священника армии и флотов были построены в приемной комнате Императора, случилось так, что Павел Яковлевич оказался ростом выше своих товарищей и поэтому встал на правом фланге. Во время встречи Павла... поразили случайная тождественность имени Озерецковского с его именем, представительный рост, открытое и умное лицо с прямым и смелым взглядом, несмущенность в ответах. Это и предопределило судьбу протоирея Озерецковского”[3].

Полевой обер-священник армии и флотов пользовался расположением Императора и имел право личного доклада о всех делах его ведомства, что ставило его в исключительное положение в управлении военным духовенством.

В-четвертых, в период царствования Павла I была предпринята попытка создания специальной системы подготовки духовенства для службы в армии и на флоте.

В этих целях в 1800 году создается армейская семинария, где предусматривалось воспитание детей армейского духовенства за счет государства. Она открылась на Васильевском острове в Санкт-Петербурге. Штат семинарии состоял из ректора-учителя, префекта и трех учителей. В трех классах - богословском, философском и риторическом числилось 25 воспитанников. Помимо указанных предметов в семинарии преподавались история, география, математика, а также в обязательном порядке отводилось время для чтения воинских уставов и артикулов.

Несмотря на дальнейший рост ее штатов, увеличение программ и числа воспитанников, а также учреждении при семинарии уездного и приходского училищ это не решало полностью проблему подготовки священнослужителей для службы в армии и на флоте.

Поэтому в 1819 году был утвержден проект, согласно которому дети военного духовенства, обучающиеся в епархиальных училищах, должны были именоваться, в отличие от других воспитанников, учениками армейской семинарии. По окончании курса выпускники армейской семинарии обязывались к поступлению на священнические места в военное ведомство.

В-пятых, заботясь о чистоте рядов армейского и флотского духовенства, Святейший Синод по личному распоряжению Павла I указом от 16 ноября 1797 года запретил определять священников “худого поведения и бывших под судом в армию и на флот”[4].

Прецедентом послужило назначение в Ладожский мушкетерский полк священника Григорьева, который за разные преступления должен был быть присужден Епархиальным архиереем к лишению сана, однако “по милости тронут не был и продолжал чинить беспорядки”. Данный указ, разосланный во все епархии, предписал впредь в армию и на флот избирать священников, испытанных как в просвещении, так и в поведении, чтобы “служить примером военнослужащим своим житием и учением”[5].

В-шестых, для более удобного управления подчиненным духовенством обер-священник армии и флотов Озерецковский П.Я. создал вспомогательные органы, введя институт благочинных. Должности благочинных стали вводиться на флотах и эскадрах, заменяя флотских обер-иеромонахов.

В результате предпринятых Павлом I мер военное духовенство стало самостоятельной категорией служащих армии и флота, имеющей собственные органы управления и штаты, что создавал предпосылки для качественного обновления духовно-религиозной работы, проводимой среди масс военнослужащих.

Однако, как показали последующие события, процесс самостоятельного функционирования института военно-морского духовенства встретил на своем пути и препятствия. Особенно это стало проявляться тогда, когда встал вопрос о разделении храмов между ведомствами - епархиальным и обер-священника армии и флотов. Святейший Синод всячески противился решению этого вопроса, потому что при его проработке еще при жизни Павла I, протоирей Озерецковский П.Я. пытался разрешить проблему в обход Святейшего Синода лично с Императором. Но несмотря на имевшиеся разногласия здравый смысл взял верх и 29 сентября 1826 года последовал указ Святейшего Синода, в котором объявлялось о том, что “все церкви при сухопутных и морских госпиталях, крепостях и портах, гарнизонах или батальонах существующие... оставить в управлении ведомства обер-священников армии и флотов”[6].

Император Александр I также внес свою лепту в разрешение противоречий между флотским духовенством и Святейшим Синодом. Именным указом от 1801 года Император Александр I ограничил права обер-священника армии и флотов в решении вопросов назначения, перемещения, увольнения, а также распоряжении суммами без их предварительного рассмотрения в Святейшем Синоде, лишив тем самым главное духовное лицо военно-морского ведомства права личного доклада царю и подчинив его Святейшему Синоду.

В 1815 году институт военного и морского духовенства раскололо двоевластие. 12 декабря указом Александра I был создан Главный штаб Его Императорского Величества и введена должность обер-священника вышеназванного штаба с подчинением ему священнослужителей всех полков Лейб-гвардии и Гвардейских корпусов. Впоследствии, в 1830 году эта должность была переименована в обер-священника Главного штаба и отдельного гвардейского корпуса, а с 1844 года стала именоваться “обер-священник гвардейского и гренадерского корпусов”. Введение данной должности объяснялось особым положением гвардии в системе Вооруженных сил России тех времен.

Искусственно разделенные две структуры духовного управления воинами армии и флота, тем не менее в сфере прав и обязанностей, правового и материального положения ничем не отличались друг от друга. Они обязаны были наблюдать за службой подчиненного им духовенства, его поведением, заботиться об охране и увеличении его прав и преимуществ, о материальном обеспечении, ходатайствовать о награждении достойных и назначении уволенным пенсий и пособий, следить за правильным и законным употреблением церковных сумм и т.д. По своим правам обер-священники обеих структур духовного управления были поставлены на одну ступень с епархиальными преосвященными, а по сравнению с жалованием воинских чинов, пользовались привилегиями генерал-майора.

В порядке подчиненности оба священника зависели от Святейшего Синода и поддерживали с ним непосредственную связь.

Характерной чертой взаимоотношений обер-священников армии и флотов и Главного штаба с подчиненным духовенством становится то, что административные распоряжения стали посылаться в виде ордеров, что говорило об установлении отношений принимавших характер воинской дисциплины.

Несмотря на те изменения, которые происходили в руководящих кругах военного и морского духовенства, низовые структуры флотских священнослужителей оставались практически в том виде, в котором они были созданы при Петре I. По-прежнему, на флотах и эскадрах во главе духовенства стояли обер-иеромонахи, переименованные П.Я. Озерецковским в благочинных, а на кораблях находились судовые священники, которые исполняли свои обязанности согласно Устава Военного флота 1797 года.

Завершая этап развития морского духовенства в эпоху парусных кораблей можно сделать вывод о том, что в этот период произошло зарождение, становление и развитие института православного морского духовенства. Созданный под влиянием объективных и субъективных причин, он настойчиво искал свое место как среди духовного, так и военного руководства. Зародились и совершенствовались системы комплектования и управления, обозначились основные обязанности флотского священнослужителя, его правовое и материальное положение, внешние условия службы, которые соответствовали духу того времени.

[1] См.: Басов А.В., Московенко М.В. К силе земной... - с.81.

[2] См.: Гуськов М.Л., Ивашко М.И. Православие и российское воинство. - М.: ВВИА им. Жуковского, 1994. - с.12.

[3] См. Боголюбов А. Очерки из истории управления военным и морским духовенством в биографиях главных священников за время с 1800 года по 1901 год. - С-Пб., 1901. - с.7.

[4] См.: Полное собрание законов Российской империи... т. 24. - с.800.

[5] См.: Полное собрание законов... там же.

[6] См.: Доценко В.Д., Клавинг В.В. Указ. соч. - с.5-6.

Оглавление - След. стр. - Пред. стр.

Диссертационная работа капитана 2 ранга Кузнецова А.М., сотрудника Военного университета


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"