На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Православное воинство - Библиотека  

Версия для печати

Флотские священники. Глава II. §1

Новый этап в развитии флота - этап броненосных кораблей.

5 ноября 1853 года на Черном море произошло событие, которое существенным образом повлияло на дальнейшее развитие военно-морского флота в России. Капитан-лейтенант Бутаков Г.И., командовавший пароходофрегатом “Владимир”, одержал блестящую победу над аналогичным турецким судном “Перваз-Бахри” (“Морской вьюн”) и пленил его. Сама по себе эта победа не вызывала удивления, так как история российского флота наполнена яркими страницами побед морского оружия, однако морское командование насторожил тот факт, что присутствовавшие при бое парусные корабли практически не принимали в нем участия, так как в скорости хода и маневренности явно уступали пароходофрегатам. Это означало то, что, вытесняя парус, гребной винт с паросиловой установкой и стальной корпус открывали новый этап в развитии флота - этап броненосных кораблей.

Можно много говорить о том, какие количественные и качественные изменения происходили на флоте в то время, однако об этом написано много трудов, исследований, художественно-публицистической литературы и поэтому подробно останавливаться на этой теме нет смысла.

Однако, обобщить все вышесказанное хотелось бы одним отрывком из воспоминаний священника В. Ильинского при посещении им вместе с о. Варфоломеем броненосца “Полтава”.

“...после молебна мы отправились смотреть стоявшие на рейде военные суда. Мы попали на броненосец “Полтава”. Все здесь представляло для нас большой интерес: и распорядок жизни, и устройство отдельных помещений, и, наконец, разнообразные орудия для истребления людей и неприятельских судов. Мой спутник положительно был подавлен новизною впечатлений. Объяснения давал нам офицер, и о. Варфоломей то и дело вставлял в его речь свои замечания: “Господи, какая премудрость! До чего же дошел человек! Ах ты, Боже мой! Ну и человек!” - и т.п. А когда мы спустились в машинное отделение, где перед нами были огромные поршни и шатуны, бесконечное число винтов и отдельных механических приспособлений с различными цифровыми показателями, словом, главная двигательная лаборатория судна со своею мускульной и нервной системой и со своими артериями, приводящими пар в различные части механического организма, о. Варфоломей только вздыхал и качал головой. В его глазах светилась уже растерянность.”[1].

Взлет технической и конструктивной мысли, который значительно расширил возможности и задачи военно-морского флота, предъявил и особые требования к тем людям, которые были призваны обслуживать сложную технику кораблей. После принятия правительством решения о введении всесословной воинской повинности, которая законодательно была утверждена в Уставе о воинской повинности 1897 года, на службу стали призываться граждане всех социальных слоев, в том числе и привилегированных, с высшим образованием. В этих условиях стали возрастать требования к личным качествам военного пастыря. Поэтому представители военного и морского министерств делали все необходимое для того, чтобы привлечь в ряды военно-морского духовенства лучших выпускников духовных семинарий и получивших высшее богословское образование в духовных академиях, которые могли бы достойно представлять корпус военных священников Русской Православной Церкви в работе с массами солдат и матросов. Однако повышение социальной роли военно-морского духовенства входило в противоречие с их социально-правовым статусом, который оставался неизменным. Разрешить эту проблему можно было лишь целым рядом мер экономического, правового и организационного характера на уровне правительства.

В результате предпринятых усилий правительству удалось решить проблему улучшения материального положения военного духовенства. Так, утвержденные соответственно 24 июля и 21 декабря 1887 года, положение Военного Совета и мнение Государственного совета, установили духовенству в войсках, управлениях и учебных заведениях военного ведомства новые права и льготы.

К примеру, “главный священник гвардии и гренадер, армии и флотов приравнивался в чине к генерал-лейтенанту и ему устанавливалось в год жалование в размере 1356 рублей, штатный протоирей (настоятель военного собора) и протоирей благочинный - к полковнику с жалованием в год в размере 687 рублей”[2] и т.д. Так же этими документами предусматривались надбавки к жалованию за выслугу 10 и 20 лет военным пастырям.

Впоследствии, решением Адмиралтейств - Совета Морского министерства от 11 октября 1889 года[3] морское духовенство было уравнено по своему статусу с военным и ему было установлено то же жалование, квартирные и столовые деньги, которые были установлены военному духовенству в 1887 году.

Требовала коренного преобразование и система управления военным духовенством, которая характеризовалась наличием двух параллельных структур, главного священника Главного штаба и войск гвардии и гренадер и главного священника армии и флотов.

В 1884 году образовывается комиссия из представителей духовного и военного ведомств, которая в течение четырех лет работала над проектом “Положения об управлении церквами и духовенством военного ведомства”. После неоднократного обсуждения и пересмотра со стороны Синода и военного ведомства он был доложен Александру III и 12 июня 1890 года утвержден.

Согласно “Положению об управлении церквами и духовенством военного ведомства” начальствующее лицо над военным духовенством было названо протопресвитером военного и морского духовенства. Характерной особенностью служило то, что раньше главные священники не состояли ни при каких соборах, а протопресвитер стал состоять при Преображенском всей гвардии соборе.

Высшее духовное лицо военного ведомства избиралось Святейшим Синодом и утверждалось в должности Высочайшей властью. Указания, касающиеся дел духовных, протопресвитер получал от Святейшего Синода, а по делам собственно военного управления руководствовался указаниями военного министра.

При протопресвитере военного и морского духовенства был учрежден вспомогательный орган - духовное правление, которое состояло из присутствия и канцелярии. Данное образование вело дела по административной и исполнительной части по управлению протопресвитера, дела о вдовах и сиротах военно-морского духовенства, дела об их опеке.

Первым протопресвитером военного и морского духовенства был избран Александр Алексеевич Желобовский.

Примечателен тот факт, что в отношении назначения священнослужителей на суда флота Положение вновь отдало предпочтение преосвященным тех епархий, в пределах которых находились военные порты[4]. Преосвященные отбирали представителей из числа своей братии, причем самых способных и благонадежных, отправляли их на суда, снабжали необходимыми предметами для богослужения, следили за их службой и давали необходимые инструкции, а после окончания службы принимали священнослужителей обратно вместе с докладом командира судна о его заслугах или неодобрительных проступках.

Сосредоточение руководства военным и морским духовенством в одних руках позволило значительно улучшить не только религиозную деятельность в армии и на флоте, но и просветительскую работу, воспитание патриотизма.

[1] Святой Иоанн Кронштадтский в воспоминаниях современников./Сост. С.Л. Фирсов. - М.; 1994. - 224с.

[2] См.: Золотарев О.В. Христолюбивое воинство русское. - М.: Граница, 1994 - с.45.

[3] РГА ВМФ, ф.417, оп.6, д.36, л.108.

[4] РГА ВМФ, ф.417, оп.6, д.34, л.17.

Оглавление - След. стр. - Пред. стр.

Диссертационная работа капитана 2 ранга Кузнецова А.М., сотрудника Военного университета


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"