На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Информация  
Версия для печати

Разгаданная загадка. Эпизод из истории первой обороны Севастополя

К 150-летию Крымской войны

Владимир Казарин15 (27 по н. ст.) июля 1854 года в Севастополе на Центральном городском холме в день Св. Владимира по православному календарю состоялась закладка собора во имя Равноапостольного князя.

В центре фундамента сооружаемого собора к тому времени уже располагался склеп адмирала М. П. Лазарева. При жизни он отдал много сил, чтобы давняя идея строительства собора стала реальностью. Склеп М. П. Лазарева в годы Крымской войны примет в себя прах его учеников – адмиралов В. А. Корнилова, В. И. Истомина и П. С. Нахимова. В результате Свято-Владимирский собор станет храмом-усыпальницей выдающихся русских флотоводцев, а также других героев «севастопольской страды».

Церемония закладки храма прошла в присутствии начальника штаба Черноморского флота и портов вице-адмирала В. А. Корнилова и командира Севастопольского порта вице-адмирала М. Н. Станюковича. Освящал закладку храма архиепископ Херсонский и Таврический Иннокентий (Борисов), ныне причисленный к лику святых.

Выдающийся оратор, архиепископ Иннокентий произнес при закладке собора необыкновенно яркую и глубокую речь, в которой осмыслял уже начавшуюся Восточную войну и предстоящую оборону Севастополя как защиту православных основ Российского государства: «Здесь купель нашего крещения, здесь начало нашей священной истории и народных преданий. Уступить после сего страну эту кому бы то ни было значило бы для России отказаться от купели своего крещения, изменить памяти Св. Владимира… Такова, говорю, сила и таков смысл нынешнего нашего священнодействия по отношению к врагам нашим!».

В речи святителя Иннокентия содержится фрагмент, непонятный теперешнему читателю. Показательно, что его никак не комментируют современные историки и краеведы. Упомянув «врагов наших», архиепископ далее говорит, обращаясь к собравшимся 27 июля 1854 года в центре Севастополя вокруг фундамента строящегося собора: «И надобно же было им вчера явиться в таком множестве пред лицом сего града, как бы нарочно для присутствия при заложении сего храма и для выслушания урока, в нём заключающегося!..»

О каких «врагах», явившихся во «множестве» перед «лицом сего града», говорит владыка Иннокентий? Восточная война, как известно, началась более чем за год до освящения Свято-Владимирского собора: 4 июля 1853 года русские войска по приказу императора перешли реку Прут и заняли Придунайские княжества. С другой стороны, Крымская эпопея (центральный эпизод всей Восточной войны) начнётся значительно позднее – только 14 сентября 1854 года союзники начнут высаживать десант в заливе Каламита у Евпатории. В жаркий июльский день Св. Владимира, когда освящался собор, Англия, Франция и Турция ещё продолжали концентрировать свои воинские подразделения в далёкой Варне. В Крыму союзников в это время ещё не было.

Кто в таком случае во «множестве» явился для «присутствия при заложении» храма?

Ответ на этот вопрос даёт знакомство с английскими источниками. Оказывается, 18 июля 1854 года в уже упомянутой Варне под председательством маршала Сент-Арно и лорда Раглана состоялась встреча французских и британских военачальников. Турок не позвали. Лорд Раглан заявил о своем решении атаковать Севастополь. Помимо чисто военных резонов у британского командующего была очень весомая житейская причина: союзники привезли в Варну эпидемию холеры, которая начала косить их ряды ещё до начала боевых действий. Армия стояла перед реальной угрозой гибели до начала войны. К тому же холера вызвала многочисленные бунты среди местного населения, которое и без того было на стороне русских.

Маршал Сент-Арно поддержал британского командующего. Уже на следующий день с целью рекогносцировки крымского берега и поиска подходящего места для высадки десанта в море вышел пароход с весьма красноречивым названием «Фурия». Кораблём командовал не кто иной, как сам адмирал Эдмунд Лайонс. На борт разведывательного судна поднялись высшие офицерские чины союзников во главе с французским генералом Канробером и британцем сэром Брауном.

Пока пароход «Фурия», пуская в голубое небо клубы чёрного дыма, шёл к берегам Крыма под охраной флота союзников, в Варне бурно обсуждали принятое решение. Все испытывали сомнения в его правоте. Даже поддержавший британских союзников маршал Сент-Арно продолжал колебаться: «Высадиться в Крыму и осадить Севастополь – это уже целая кампания. Это не просто смелое предприятие; оно требует колоссальных ресурсов и уверенности в успехе… Если мы высадимся, нам понадобится, возможно, больше месяца осады, чтобы взять Севастополь, если его будут хорошо защищать. В течение этого времени подтянется подкрепление, и я должен буду дать два или даже три сражения… Однако несмотря на все трудности, все препятствия и недостаток средств и времени, Севастополь соблазняет меня до такой степени, что я бы не колебался, даже если бы был только намек на успех; и следовательно, я готовлюсь».

Бедный-бедный маршал Сент-Арно! Он и не знает, что севастопольский «соблазн» будет стоить ему (как и лорду Раглану) жизни, что кровавых сражений в Крыму будет четыре, бомбардировок Севастополя – шесть, а генеральных штурмов – два. Не месяц, а практически год потратят союзники на то, чтобы взять только часть города – Южную сторону.

Ещё больше сомневающихся было среди подчинённых лорда Раглана. Опытные английские генералы, умевшие дотошно просчитывать последствия каждого приказа, понимали, что принятое в конце июля решение на практике в лучшем случае будет реализовано осенью, а значит десант окажется в Крыму на пороге зимы. Главный инженер британской армии в Турции генерал Тилден в тот самый день, когда «Фурия» направилась в Крым, написал сэру Джону Бургойну, ветерану Королевских инженерных войск: «Я думаю, сейчас поздно начинать осаду Севастополя, даже если генералы достаточно безумны, чтобы предпринять её». Генерал Тилден как в воду глядел: полураздетая летняя армия союзников испытает все прелести крымской зимы, которая, как настоящая патриотка, будет на этот раз особенно суровой.

Наконец, союзникам не удастся «убежать» и от холеры. Из более, чем двух тысяч похороненных в крымской земле сардинских солдат боевые потери составят только 28 человек: остальных итальянцев унесёт эпидемия. От холеры скончаются и Сент-Арно, и Раглан.

Но всё это будет потом. А пока «Фурия» подошла к Крыму и начала разведку берега севернее Севастополя. Следом за ней, отвлекая внимание Черноморского флота, на виду у Севастополя появится эскадра союзников. Крейсерование англо-французских кораблей 26 июля 1854 года на рейде города как раз и позволило Иннокентию говорить о «врагах», явившихся «для присутствия при заложении храма».

Удерживая русские корабли в бухте, эскадра союзников даст «Фурии» возможность пройти в миле от берега вплоть до устья реки Кача, высадить разведку и наметить этот район как возможное место высадки десанта. 28 июля разведка с эскадрой вернется в Варну. На следующий день состоится новое совещание, на котором лорд Раглан назначит совершенно нереальный день высадки – 1 августа. Британский командующий словно вступил в заочную полемику со своими критиками, пытаясь осуществить десант летом. Правы окажутся скептики: десант высадится в Крыму не в долине Качи, а гораздо дальше от Севастополя – у Евпатории, и не летом, а на пороге зимы.

Речь святителя Иннокентия при освящении собора оказалась не только яркой и глубокой, но и пророческой. Имея в виду Крым, он сказал о невозможности для России «уступить страну эту кому бы то ни было».

Именно так всё и произойдет!

Владимир Казарин, Наталья Ищенко, Крым


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"