Фельетон «Голубые ели» был напечатан в газете «Литературная Россия» 23 марта 1990 года. Недавно, в феврале, я вспомнил о нем, когда смотрел по одному из телеканалов жаркую дискуссию на запрет Мэрией Москвы гей-парада. И тогда, 20 лет назад в бытность еще демократического Моссовета во главе с Гавриилом Поповым и Сергеем Станкевичем в СМИ говорили о возможности гей-парада в Москве, да не где-нибудь на отшибе, а на Красной площади. И сегодня эта тема, выходит, по-прежнему для кого-то актуальна, раз уровень ее обсуждение поднялся до высоты Останкинской телебашни. Я не удивился телевизионному восхождению темы, наверное, потому что еще в эпоху черно-белого ТВ, телевизор называли «голубым экраном». Конечно, совпадение случайное. Я отметил его без всякого намека, просто так – для словарной коллекции.
Чтобы представить себе, насколько изменился гомосексуальный фон в общественной жизни новой России, обратимся к фельетону двадцатилетней давности. Это было любопытное время, когда цензурный барьер почти исчез, и гомосексуальная тема запестрела на страницах печати.
ГОЛУБЫЕ ЕЛИ…
Анекдот этот на сегодняшний день вполне проходящий. Слышал я его эдак лет тридцать назад. Некое радио спрашивают: «Правда ли, что такой-то, (не буду называть имени композитора, он не так давно умер) был гомосексуалистом?» Радио отвечает: «Да, но мы его ценим не только за это».
Я, конечно, в то время анекдоту не поверил. Не только я, но и все наше общество было темным в этом «деле». Действительно, людей выдающихся ценили не за это, да и вообще как-то не принято было касаться интимных сторон их жизни.
Так бы, наверное, и пребывал я в неведении, но спасибо «Собеседнику» (№ 8, 1990) – иллюстрированному еженедельному приложению к газете «Комсомольская правда». После шести лет своего существования в публикации «Любовь вне плана» этот комсомольский орган, наконец, просветил меня.
С удивлением узнал я, что ничего дурного в гомосексуализме нет. Еще в конце прошлого века (а сегодня уже позапрошлого, поскольку этот фельетон напечатан в 1990 году, – авт.) сексолог, некий Магнус Хиршвельд, потребовал правового равноправия «половых актов между лицами одного пола и половых актов между людьми разного пола». Он выступил инициатором петиции, которую подписал знаменитый физик Альберт Эйнштейн и лидер социал-демократии Германии Август Бебель.
Оказалось, что наклонности, о которых шла речь в анекдоте, – пытаются нас убедить – были у многих великих: Микеланджело, Леонардо да Винчи, Платона, Сократа и т. д. Какая замечательная подборка, выделенная в «Собеседнике» крупным полужирным курсивом. Прямо-таки реклама: «Вступайте в гомосеки – и станете великими!».
Дополню «Со6еседник». В августе 1973 года академик А. Д. Сахаров, которого сейчас многие называют «нашей совестью», подписал «Гуманитарный манифест», в котором есть такие строки:
«В области половых отношений мы верим в то, что нетерпимость, часто культивируемая ортодоксальными религиями и пуританской культурой, напрасно ограничивает рамки сексуального поведения».
Что имел в виду знаменитый демократ? Ведь ограничения-то главным образом касаются именно гомосексуализма и содомии (половых отношений с животными).
Спасибо «Собеседнику»: узнал я, что Великий Октябрь не дал мир народам и землю крестьянам, но также в декабре 1917 года Советское правительство отменило тяжкое наследие царского режима – уголовную ответственность за гомосексуализм. Вот это гуманность! Уничтожался цвет русской нации, зато гомосексуалисты были под защитой революционного закона.
«Революция не оставила камня на камне от старых бюрократических деспотичных и крайне ненаучных законов, – просвещает «Собеседник» словами Григория Баткиса, одного из ведущих советских специалистов по половому вопросу после 1917 года. – Буржуазные законы требуют господства двойной морали над сексуальностью. Такие законы всегда составляются без учета данных науки. Что касается гомосексуализма, содомии и различных других форм сексуального удовлетворения, которые европейское законодательство рассматривает как угрозу общественной морали, то советское законодательство относится к ним как к так называемым «естественным» половыми отношениям. Все формы половой жизни являются частным делом».
Все мы сейчас знаем, что ленинская концепция социализма была искорежена Сталиным. Пострадали и советские гомосексуалисты. В 1934 году диктатор повелел ввести в наше законодательство параграфы, запрещающие гомосексуализм. «...В Москве, Ленинграде, Харькове и Одессе, – повествует «Собеседник», – начались массовые аресты гомосексуалистов». Советское искусство понесло большие потери. Но не только оно. Красная Армия также лишилась своего гомосексуального ядра, что, видимо, сказалось на ее боеспособности хотя бы в начале финской компании…
Не любил извращенцев и другой тиран – Гитлер. В 1934 году бедные немецкие лесбиянки и гомосексуалисты были отправлены в концентрационные лагеря. Вождь штурмовиков Эрнст Рём был арестован в «ночь длинных ножей» 30 июня1934 года прямо в постели, где он ласкал своего шофера.
Как прочел публикацию в «Собеседнике», так призадумался: что же заставило в неимоверной круговерти первых недель революции сконцентрировать мысль Советского правительства на проблеме однополой любви? Почему этот вопрос срочно заинтересовал наркомов?
Может быть, ограничения в царских тюрьмах, которые многие наркомы испытали на себе, породили у них сочувственное отношение к гомосексуальным потребностям? Или, может быть, сработала теория «комплекса власти», который, как считают психоаналитики, предрасполагает к гомосексуализму? А комплексом власти некоторые наши вожди обладали. Даже называли в честь себя города (Троцк, Зиновьевск, Сталинград ... т. д.), пароходы, заводы, районы, области и прочее.
Думается, не в этом дело. Новой власти был нужен новый человек, для которого главный моральный принцип – хорошо все, что служит мировой революции! Историческую память, народные устои, мораль, нравственность, религию – на слом. Для этого все средства хороши – и гомосексуализм, и сексуальная распущенность. Комсомольцам подкинули идею «стакана воды». Переспать с кем-то – так же просто, словно выпить стакан воды.
Не могли наркомы не знать, что культивирование гомосексуализма ведет к вырождению народа. Но пошли они ради великой цели – мировой революции – на эти издержки. Сняли оковы с гомосексуального демона. Дали ему свободу. И не пытались обуздать его ни в Уголовном кодексе 1922 года, ни в Уголовном кодексе 1926 года...
Сейчас вновь, как и в декабре 1917 года, гомосексуалисты подымают знамена. Вот что говорит в «Собеседнике» один из сторонников легализации гомосексуализма московский профессор уголовного права Алексей Игнатов: «Если гомосексуальные связи построены на добровольной основе, то это личное дело людей.… Вместе с другими юристами я и дальше буду бороться за отмену этого закона. Нам противостоят предрассудки большей части населения и мнение влиятельных функционеров, не имеющих юридических знаний. Мы надеемся на Горбачева. Он – юрист».
Оправдает ли наш президент чаяния отечественных гомосексуалистов? Поживем – увидим.
Во времена застоя гомосеки и любители козлов, ослов, собачек и прочей живности пребывали в забвении. Не этим ли объясняются наши экономические провалы?
Зато сейчас любители нетрадиционного секса берут реванш. Скотолюбы – герои комсомольских и домашних видеотек – показывают наглядный видеопример. То ли насмотревшись скотороликов, то ли возбудившись публикациями в «Собеседнике», один ленинградец (об этом рассказал Александр Невзоров в передаче «600 секунд») воспылал страстью к своему волкодаву. Но породистая сука не читала еженедельник «Собеседник», не знала также ничего о замыслах профессора А. Игнатова и откусила... впрочем, не станем уточнять, скажем просто – совершила членовредительство.
Как начал, так закончу анекдотом. Голубые ели... Штирлиц подошел поближе и увидел, что голубые не только ели, но и пили…
ДВАДЦАТЬ ЛЕТ СПУСТЯ
Для меня по-прежнему загадка: почему демократы так не любят Октябрьскую Революцию? Ведь и та и другая власть не тянули с отменой закона об уголовном преследовании гомосексуалистов. 27 мая 1993 года уголовная статья за мужеложство была отменена. В нынешнем феврале федеральные ТВ каналы отметили 10-летие смерти Анатолия Собчака, человека, под началом которого в свое время работали Владимир Путин и Дмитрий Медведев. Хочу напомнить о забытой сегодня телевизионщиками заслуге Анатолия Александровича в отмене пресловутой «тоталитарной» статьи 121 УК РСФСР за мужеложство, по которой можно было схлопотать до 5-8 лет. «Я не считаю, что это правильный закон», – принципиально заявил председатель Ленсовета юрист Анатолий Собчак («Вечерний Ленинград», 10.12. 1990). И это были не просто слова протеста. О первых шагах Ленсовета, возглавляемого Собчаком, поведал Александр Невзоров со страниц «Комсомольской правды» (20.10.90): «Посмотрите на наш город, который находится в блокадном состоянии: раздет, разут, с разбитыми дорогами. Но первым делом депутаты решают заниматься не этими проблемами: они подписывают ходатайство об отмене статьи 121 УК РСФСР, карающей за гомосексуализм…»
Да, поживи Анатолий Александрович подольше, и Петербург мог стать гомосексуальной столицей мира. Наверное, авторитет первого мэра Питера в гомосексуальном вопросе, сохранился и после его смерти, поскольку нынешние городские власти лояльны к гей-акциям. А вот у московского мэра – иная позиция. Он заявил: «Несколько лет подряд осуществляется беспрецедентное давление на Москву с тем, чтобы провести здесь гей-парад, который кроме как сатанинским действием назвать нельзя… Мы такого парада не допустили, не допустим и впредь. Все должны это воспринять не как теорему, а как аксиому».
Владимир Путин, будучи Президентом РФ (01.02.2007), на вопрос корреспондентки Франс-Пресс об отношении к гей-парадам ответил: «Мое отношение к гей-парадам и сексуальным меньшинствам – простое. Оно связано с исполнением моих служебных обязанностей и заключается в том, что одна из главных проблем страны – демографическая». Президент сказал то, что должен был сказать руководитель страны с катастрофически убывающим населением. Служба, как говорят, службой, но нельзя же, так сразу, публично отказаться от демократических традиций своего бывшего ленинградского начальника. И Владимир Владимирович дипломатично дополнил: «Но я уважаю, и буду уважать свободу человека во всех ее проявлениях».
В советское время Фаина Раневская в присущей ей ироничной манере заметила по поводу дошедшей до суда гомосексуальной истории в театральной среде: «Что за страна такая, в которой человек даже собственной ж…й не может распорядиться». И сегодня, отмечая 10-летие смерти демократа Анатолия Собчака (В Санкт-Петербурге даже есть «Музей становления российской демократии имени Анатолия Собчака»), несправедливо забывать о том, что одним из тех, кто дал право россиянам распоряжаться собственной ж…й был первый мэр Санкт-Петербурга Анатолий Собчак.
Как и 20 лет назад публикацию на эту тему можно закончить всё тем же, увы, не утратившим актуальности анекдотом: Голубые ели... Штирлиц подошел поближе и увидел, что голубые не только ели, но и пили…
Валерий Родиков
Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: ""
