Разделы обозрения:
Проекты портала:
Дружественные проекты:
Портал
"Русское Воскресение"
|
|
 |
Поэзия |
13.03.2010

Прокатимся с Чичиковым?
Штрихи к душам россов
Гуляю утром белокрылым, /В улыбке прячу хитрецу /И – Бог ты мой! – с Кувшинным Рылом /Встречаюсь вдруг лицом к лицу. //Сначала я подумал: «Кто он?» /Стою, как раб у Божьих врат, /А он банально «упакован», /Как современный бюрократ. //На лбу очки, под ними брови, /На нитке губ – дежурный смех /И море выпившие крови /Глаза, что смотрят мимо всех. //– Читали ль Гоголя-с, любезный? /Что ни рассказ, то анекдот. /Иль труд подобный бесполезный: /Мол, век иной и смех не тот? //Спросил я в школе только разик: /«Вы что читаете? Того ль?» /И мне: «А как зовётся классик: /Он – Гоголь или же Гоголь?» //Не тот читатель. Вне секрета! /И на шедеврах ставим крест… /А вот и Чичиков… Карета… /Ну что прокатимся окрест?.. //…Ловлю счастливую минуту, /Боготворю степную глушь… /Ведёт по прежнему маршруту /Нас покупатель Мёртвых Душ...
Василий Воргуль
|
|
 |
Библиотека |
12.03.2010
Коротко о себе
Как сама жизнь

Сегодня в церкви святителя Николая Москва прощалась с Героем Советского Союза Михаилом Борисовым. Тихо прощалась, потому как современные власти и СМИ никому не позволили знать о том, что 10 марта почил в Бозе легендарный воин и поэт, герой Прохоровского сражения, подбивший в одном бою семь вражеских «тигров», да и не только этого сражения… И все же его знал и любил русский люд. Не взирая на происки фальсификаторов истории и современности, наш народ услушал о постигшей всех нас утрате. Свои соболезнования родным и близким прислали губернаторы Кемеровской и Белгородской областей, писатели и казаки со всей России… Народ московский: ветераны Великой Отечественной войны, писатели и офицерский корпус внутренних войск и Академии МВД пришли на Троекуровское кладбище отдать свое последнее целование дорогому человеку Михаилу Федоровичу Борисову, пропеть «Вечную память» рабу Божию Михаилу, провожая его мир Горний...
Герой Советского Союза Михаил Борисов
|
|
 |
Поэзия |
10.03.2010

По коре сосны шершавой
Муравей ползёт на небо
По коре сосны шершавой /Муравей ползёт на небо. /У сторожки обветшалой /На крылечке крошки хлеба. //Далеко ушёл хозяин. /Перевёрнуто корыто. /А когда придёт, не знаем, /Постучались – дверь открыта. //На столе холодный чайник, /У печи дрова сухие. /И, наверно, неслучайно – /Что у нас леса глухие. //Вот и свет уже в окошке, /Мы на лавках, как на конях, /И горячие картошки /Заскакали на ладонях. //Наливаем для согрева, /Завтра снова в путь далече. /Не забудьте белкам хлеба /Приготовить на крылечке.
Василий Попов
|
|
 |
Библиотека |
10.03.2010
Птица небесная, лилия полевая
Фрагмент книги о Пушкине

Вернемся в Михайловское, в 1988 год. Медальный профиль и осанка памятника были и у хранителя Семена Степановича Гейченко. И одет он был изящно. Рядом с Пушкиным иначе нельзя. И калечество Гейченко как-то не замечалось. Смотрели на его лицо, в глаза, слышали живое и цветущее слово. Действительно, настоящую, красоту не убить – в музеях античность прекрасна и с отбитыми носами, и с отрубленными варварами руками. Старый солдат Семен Гейченко был однорук как Мигель де Сервантес. Сервантес послужил рыцарству Духа – создал Дон Кихота. Гейченко послужил Пушкину, светлому рыцарю России. Война – ненавистница музеев, война – расточительница...
Михаил Шелехов
|
|
 |
Библиотека |
04.03.2010

Пимы и заяц
Из книги «Очерк и народной жизни»
Сшил я себе к Новому году новые пимы. Пимами у нас называют камусные бродни. Бродни — это осенне-зимняя обувка — кожаные головки с матерчатыми голяшками. В бродни кладется войлочная стелька и суется нога, обутая в теплые носки, теплые портянки и пакулек. Пакулек — это меховой носок. Шьют его из собачины, еще очень крепкие и ноские пакульки из гагары. Есть ичиги — кожаные с кожаными голяшками, есть чирки с опушнями — все кожаная обувь, а бывают бокаря и торбаса — это из камуса, оленьего и сохачьего. Камус — шкура с ног сохатого, оленя или коня. Так вот — пимы это что-то вроде обрезанных торбасов с матерчатой голяшкой, в общем, камусные бродни...
Михаил Тарковский
|
|
 |
Поэзия |
04.03.2010
Таится в крови ген Победы
У каждого русского

И всё ж, несмотря на все беды /И множество грустного, /Таится в крови ген Победы /У каждого русского. //Пока мы выносим все пытки, /Из вечности скачет гонец, /Он свиток везёт, в том свитке /Одно только слово: «Конец». //Конец истязателям нашим, /Исчезнут они навсегда. /Мы снова поля свои вспашем, /Построим опять города. //Исчезнут все прежние беды, /Забудем о всех подлецах. /Таившийся в нас Тен победы /Опять загорится в сердцах.
Николай Зиновьев (Краснодарский край)
|
|
 |
Проза |
01.03.2010

Дуга с колокольчиком
Рассказ
Долго доходили эти желания до Бога, а в году, когда Степан кончил техникум, пришла из Листопадовки казенная депеша: «Умер отец телеграфируйте приезд похороны врач Зиновьев». Степан зарыл отца рядом с матерью, только на его могилу поставил не крест, а столбик с пятипалой звездой. Слез у него не было, но грудь тяготило чувство какой-то вины. Он не мог конкретно сказать, за что виноват перед отцом. Но ему казалось, мало знал он его, что ли. Даже в глаза, как следует, не успел всмотреться и по сей день не знает, какого они были цвета. Уезжая, он вновь заколотил досками крест-накрест окна и двери своего – теперь уже навсегда – беспризорного дома...
Евгений Кулькин
|
|
 |
Проза |
26.02.2010
Средь ясного неба
Думай, Вася, думай…

… надо сдаваться. Время жатвы еще не пришло, – вслух думал Вася, глядя как вокруг шоркаются кривобоко чайки, глуповато склевывают песок, а затем в него же плюют. – Чудное, ей-Богу, смешное порождение, – и задавался новой мыслью: про песок, отчего он белый и уж больно меленький, прямо пудра сахарная, только не сладкий... Затем, задрав голову, дивился слишком уж нарочитой устремленности стрижей, что с криком пролетели вдоль берега к роще акаций на край лимана. Как только ведомый скрылся в серебряных листьях, он тотчас переметнул взор на лётный урок гусей, стройным клином шуршавших над синей рябью моря туда и обратно: "В дорогу собираются, – покивал на воду. – Рыба ищет, где глыбже, а птица, где теплее…"
Сергей Котькало
|
|
 |
Поэзия |
24.02.2010
Защитники Отечества
Из новых стихотворений
Защитники Отечества – поэты, /Хранители сердечного тепла. /Архангелы кладут, как эполеты, /На плечи им небесные крыла. //И воинство небесное готово /Вести извечный бесконечный бой. /И веру, и Отечество, и слово /Во мгле кромешной заслонить собой. //Всем воинам, в бою неравном павшим, /Стоять в небесном воинском строю. /А всем, стихов при жизни не читавшим, /Быть предстоит поэтами в раю. //Господь на золотые эполеты /Кладёт им негасимый горний свет… /Защитники Отечества – поэты! /Других у Бога не было и нет.
Евгений Семичев
|
|
 |
Библиотека |
22.02.2010

Саня Устинов
Из книги «Очерк и народной жизни»
Что пишу о смерти, не пессимизм никакой, а просто об умерших писать легче — не обидятся, да и сам душой не покривишь. Так тесно переплелась моя жизнь с моими енисейскими друзьями, так писанное и думанное перемешано с виденным и пережитым, что не оторвать одно от другого, и вспоминаю, пытаюсь понять, почему доля того или иного человека такая, а не иная. И чем больше думаю, тем больше открывается неизведанного, неосмысленного, и образы их меняются, движутся и будто растут вместе с жизнью. Снова думаю о Сане Устинове, у которого стоял искусственный клапан на сердце, которого нет уже в живых и который был зятем Вити Попова, того самого, о ком писал я в прошлых очерках и чья семья была вовлечена в непонятный гибельный водоворот. За короткий срок ушли и Витина теща Нина Григорьевна, и ее муж Саня Устинов, и сам Витя. Саня был один из первых бахтинцев, кого я узнал коротко. Мой друг Анатолий, с которым мы работали в М. на базе экспедиции, ушел штатным охотником в соседнюю Бахту напарником как раз к Устинову...
Михаил Тарковский
|
|
 |
Поэзия |
21.02.2010
Поле русской славы
Поэма

...И вновь я думаю о доле, /О боли родины моей. /С платформы «Танковое поле» /Смотрю на солнечность полей. /Смотрю на братские могилы, /Что в центре каждого села. /Какая жизненная сила /На этом поле полегла?! /Смотрю на контур танка чёрный, /Смотрю на красный цвет куста – /И понимаю очень чётко, /Что победила правота. /Покуда войны есть и боли – /Надеждой светит мне во мгле /Платформа «Танковое поле» – /Платформа мира на земле.
Владимир Молчанов
|
|
 |
Критика |
21.02.2010

Искупление красотой
Русский храм как образ России
Спросите русского человека: «Назови самое прекрасное, что ты видел в жизни», — и он ответит: «Храм Божий». Скажем больше: порой думается, что облик русского храма заложен в самой глубинной сути русского человека. Действительно, что может быть прекрасней этих совершенных творений зодческого ремесла и духа, которые и «архитектурой» назвать — язык не поворачивается. Храмы, возводившиеся на Руси с первых десятилетий русского Христианства, всегда были молитвенной «свечой Богу», обращением в горние сферы, каналом, соединяющим Небо с землей. Сердце русского странника всегда озарялось радостью в ту самую минуту, когда из-за холма или над равниной реки показывался в небесах крест, а под ним и овершие сельской или монастырской церквушки...
Ульяна Дроздова
|
|
 |
Проза |
18.02.2010
Грех
Рассказ
Первая улица в нашем селе заканчивалась обрывисто – Андреевой горой, а под ней неглубокая раскоряченная речушка. Воды-то всего ничего, пригоршни чистой не зачерпнешь – обязательно с песком, а народу она не мало навредила. Весной как разольется, так и отрежет половинку улиц от другой половинки. Выйдут утром люди на работу, а перейти с берега на берег не могут. Поругаются-поругаются, а делать нечего, и идут за полтора километра за деревню, туда, где речка сужается в берегах, и где плотник Василий Крупнов мостик с перильцами смастерил. Летом совсем не пересыхала – родниками подпитывалась. Через нее и мост не построишь: чего его строить, если куриные лапки не зальет, а вот не пройдет человек, чтобы обувку не замочить. Да к тому же широченной была. А уж хитрющая, страх. Идешь, и воды-то совсем ничего, песок, травка, гальяны снуют взад-вперед. А как встанет человек на травку, так и провалится по колено...
Иван Чуркин
|
|
 |
Библиотека |
18.02.2010
Новый дом тети Шуры
Из книги «Очерк и народной жизни»

Тетя Шура Денисенко, урожденная Хохлова. Первый ее муж погиб на войне. Дочка умерла. Деревню Мирное разорили во времена укрупнения: хотели целиком переселить в соседнюю Бахту, но никто не согласился, и все разъехались кто куда. Тетя Шура, вопреки всему, осталась. Второго мужа на ее глазах убило молнией в лодке по дороге с покоса. Она еще говорила: «Максим Палыч, давай обождем, вишь какая туча заходит!» Тот не захотел ждать, норовистый был мужик, хваткий и своенравный. Как сказал — так и будет… Лодка была деревянная, а мотор железный, он-то молнию и «натянул». Максим Палыча убило сразу, а тетю Шуру откачали. По случайности люди рядом оказались...
Михаил Тарковский
|
|
 |
Поэзия |
18.02.2010

Пелагея
Памяти Фёдора Абрамова и его героинь
А по северным рекам стояли тогда деревни. /Не были берега кисельным, реки – молочными. /Чтобы жизнь текла, и земля не твердела кремнем, /Работали бабы денно и нощно. /Пели, бывало, сердца грея, /Мужиков вспоминая, отданных военному лиху, /И жила в деревне одной Амосова Пелагея, /Золотоволосая пекариха. /Статью слыла богатырской, а как же иначе. /Без богатырской стати столько хлеба не выпечешь. /Хлебную буханку, как младенца, надобно вынянчить, /А буханок тех – тысячи! /Слава о хлебе Пелагеином шла повсеместно, /Из дальних краёв приезжали за ним, Христа ради просили, /И кормила Пелагея хлебом все деревни окрестные, /Врать не буду, может, и пол – России...
Елена Кузьмина
|
|
 |
Библиотека |
13.02.2010
Образы, которые нас охраняют
Очерк

В юности мне почему-то казалось, что между миром, созданным классиками нашей литературы, и современной жизнью лежит непреодолимая пропасть. Русский мир природы и людей, ею живущих, созданный Тургеневым, Толстым, Лесковым, Пришвиным, представлялся заповедным, священным, а окружающая жизнь по сравнению с ним выглядела утерявшей основу и едва не изменившей главному. Юношеская запальчивость помаленьку улеглась, а пройдя путь, я и вовсе поменял свои представления. Оказалось, дело не столько в окружающей жизни, сколько в нашей способности видеть те образы, которые нам время от времени открывает наша земля. Некоторыми этими картинами-открытиями я хочу поделиться с читателями. Первая картина: стрелка двух великих рек — Енисея и Нижней Тунгуски, Угрюм реки...
Михаил Тарковский
|
|
 |
Библиотека |
10.02.2010

Гори, гори ясно
в краю вдохновения
Больше же всего у Сидорова картин с изображением крестьянской детворы. Кроме уже названных, замечательны мальчонки, идущие лугом вдоль узенькой извилистой речонки, чтобы узнать — "Откуда берётся речка Дубровка". Бесподобны своей слитностью с природой подростки, удирающие от надвигающейся грозы в "Берёзовом ветре". С восторгом и завистью глядишь на его девчушку, взлетевшую на качелях под крышу своего дома, на ребятню, катающуюся на санках с горы в закатный мартовский вечер, на играющих меж старыми сараями в прятки, в футбол, на первые ухаживания подростка за околицей за девчатами, на юношескую игру в горелки — "Гори, гори ясно"...
Анатолий Рогов
|
|
 |
Поэзия |
08.02.2010
На Свиди
Поэма

Свидь – река на севере России /Лёту от столицы – два часа. /Вдоль по берегам стоят глухие, /в основном, еловые леса. /Алыми метёлками качают /на открытых пойменных местах, /заросли кипрея – иван-чая /да в зелёных ивовых кустах /пересвистом мелкие пичуги /прославляют наступивший день… /Сколько прежде было по округе /вдоль Свиди весёлых деревень – /можно сосчитать по чёрным срубам /да по дряхлым избам без окон. /Там же, где дымят печные трубы, /есть ещё народ живой – и он /в большинстве из местных, но приезжих /из больших и малых городов, /детство чьё на этом побережье /сорок-пятьдесят назад годов /отзвенело, и теперь летами /горожане правятся сюда. /Проводник же, что сегодня с нами, /никогда не рвался в города. /Говорит: «Чего я там не видел? /Мне и тут, в деревне, хорошо!»
Александр Росков
|
|
 |
Поэзия |
05.02.2010

Не Россию, а русских враги ненавидят
Грустные песни
Да кто вам сказал, /что враги ненавидят Россию? /Ну что вы! Такие пространства! А недра какие! /При том — каковая за всё безнаказанность! /Что вы! /В Россию враги влюблены, /как в малиновок — совы. /Э, нет; не Россию, а русских враги ненавидят. /С таким уточненьем пожалуй что правильней выйдет. /Мол, — "как это можно (и как это мы продремали?), /Чтоб русские... /Русскую землю собой занимали?!"
Новелла Матвеева
|
|
|
|
|