На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Литературная страница - Библиотека  

Версия для печати

И тысячи верст пути…

Путевые записки

Памятники русским паломникам могут появиться в Сарове и Сергиевом Посаде уже в 2007 году. По словам главы города Сарова Александра Орлова, предложение об их установке внесено в план годовых мероприятий, определяющих побратимские отношения между двумя городами. Известно и имя автора проекта. Им стал московский скульптор Сергей Полегаев, преподаватель Российской академии живописи, ваяния и зодчества. Полегаев получил широкую известность в 2000 году после создания наград для международного кинофорума «Золотой Витязь». Рассказывая о своем новом проекте, он признался: «Основная цель состоит в том, чтобы отдать дань памяти тысячам простых паломников, прошедших нелегкий путь из русской глубинки до святой земли. Работая над проектом, я пытался понять, что двигало этими людьми. Они не искали славы и почитания и в массе своей остались неизвестными для истории. Но в тоже время многие из них проделали духовный подвиг огромной силы.   В процессе работы, я часто обращался к изображениям старца Серафима, и пытался придать образу паломника некоторые его черты: ту смиренность, и одновременно силу духа, присущую батюшке. Отрадно, что памятник паломникам появится именно в Сарове, на месте его подвижничества».

 

Дорогой странствий

Благодатная сила святых мест издревле влекла к себе людей. Тысячи странников тянулись к Иерусалиму, в Царьград, на Афон, чтобы поклониться святыням. На Руси называли таких паломниками, потому что приносили они из своих путешествий паломы — так по-латински назывались пальмовые ветви, чьи широкие листья казались невиданной экзотикой для наших широт.

По обыкновению паломники начинали готовиться к странствиям в начале весны. Пережидали долгую зиму на монастырских подворьях, да в деревнях. Но уже к апрелю начинало лихорадить душу предчувствие новых дорог – так, что никаким постом не унять. Нетерпеливо поглядывали на небо: «Не распогодилось ли?». И, едва дождавшись тепла, уходили. Оттого еще называли таких на Руси – «каликами перехожими». Заимствуя латинское опять же слово «калига», означавшее «сандалия», да добавляя к нему свое, родное – «перехожий»: тот, кто переходит с места на место.

Пути паломников тянулись к святой земле. Человек, побывавший там, пользовался почетом и уважением. Ходили и в Царьград. А позже, когда город был захвачен турками, и появилась идея «Москва – Третий Рим», высказанная иноком Филофеем, путешествовать стали по России: приложиться к мощам мучеников и старцев, исполниться особой благодати, исходящей от них.

Шли калики налегке. Частенько и был-то при них один холщовый мешок — с куском хлеба и Писанием, заботливо обернутым тряпицей. Нередко собирались в артели. Молодежь, старцы – все шли вперемешку, подбадривая друг друга молитвой и гоня прочь уныние: «Не на казнь идем, но исполниться благодати!».

Ходили и семьями. Пять, шесть детей, да батюшка с матушкой. Та все смотрит, чтобы не потерялись ее ребята в пути. А путь ой какой нелегкий – через лубки, рынки, города и деревни. И везде лукавый, везде норовит детишек прибрать к себе. То явится в виде вороватых цыган, да, глядишь, младшенькую едва не утащит. А то сынишка заглядится на дивные места, да так и останется стоять – один, посреди незнакомого города.

А вечером, бывает, соберет матушка всех вокруг себя — и холодно вокруг, и пар морозный идет изо рта — да начнет рассказывать: «А сейчас, детки, послушайте про великие чудеса, и про тех старцев, к чьим ногам идем поклониться». Те притихли, смотрят во все глаза. И слышно только как топор стучит по дереву — отец дрова рубит — чтобы костер был, чтобы обогрелась паломническая семья, преодолевая нелегкий путь. А что будет завтра, о том и думать будем завтра, недаром сказано в Писании: «Бог даст день, Бог даст и пищу». Может и под открытым небом будешь спать, а может и в доме добрых людей: такие приютят паломника, накормят, дадут гостинцев в дорогу, да еще и помолятся за него.

Саровской земли чудеса

Саровская обитель встречала паломников колоколенкой. Та вырастала из-за лесной опушки неожиданно, когда путник, утомившийся долгой дорогой, уже не чаял найти конца пути.

«Озаряемая светом неземным!», — говорили иной раз пораженные паломники, останавливаясь на обратном пути в соседнем Дивееве. А местные, уже привычные к саровским чудесам, хохотали: «Да, знаем мы, знаем!». Уж сколько таких прошло из Сарова через их Дивеево! Не узнать человека: глаза так и блестят, и весь облик стал как бы более достоин и величав – не смотри, что зипун рваный, и ботинки исхожены так, что пятки блестят.

Впервые с массовым нашествием паломников Саров столкнулся в 1903 году: сюда, на торжества по случаю прославления святого Серафима, устремились тысячи богомольцев. Шутка ли: даже сам государь с семьей пожаловали, отстояли службу рядом с простыми, никому не известными людьми.

«…казалось, что единения в этой толпе ни при каких условиях быть не может, — напишет в своих воспоминаниях князь Владимир Волконский. — Ведь трудно себе представить блестящего генерал-адъютанта, прижатого к рваному зипуну слепого богомольца, или яркую, по наипоследнейшей моде одетую даму, рядом с грязными торбищами, изображающими одежду. А на самом деле было именно единение, не кажущееся, а искреннее, полное; у всего собравшегося народа, у каждого человека, из какого бы слоя он ни был, было то настроение, которое, наверное, радовало Серафима; все были один другому близки, все были друг другу действительно други; и эта умиленность, эта ласковость царила над всем Саровом и над всеми под его сень пришедшими».

И хотя споров по поводу прославления батюшки было в ту пору немало, а все победила любовь народная. Верили, что если прийти, приложиться к мощам старца — а то и просто постоять на саровской земле – глядишь, переменится сама жизнь.

Старожилы рассказывают: в 1965 году, когда Саров уже стал секретным объектом, приехал в соседнее Дивеево отставной военный, герой войны. Глянул вокруг, вдохнул святого воздуха, да так и охнул, согнулся, присел на одно колено. «Что с вами?», — кинулись на помощь сопровождающие. А тот в ответ проскрипел зубами, пожелтевшими от махорки: «Как же так? Я — русский, всю войну прошел, друзей схоронил, а до сих пор не крещеный? Тяжко мне». И крестился, говорят, и после принял сан, и стал служить в одном из тех маленьких храмов, каких много по всему Присаровью и Нижегородчине.

Да и сейчас, нет-нет, а соберутся в какой-нибудь деревушке дети вокруг усталого мужичка, идущего из саровских земель. Обступят, и давай спрашивать: «Как? Как там?» А мужичок обессилел совсем — смотрит на них, молчит да щурится.

Отдохнув, снова засобирается в дальний путь. Да напоследок возьмет и расскажет окружившим его детям о чудесах святой земли. И уйдет. А вслед ему будут долго смотреть завороженные глаза: «Эвон оно что!». И как знать, что случится через много лет с этими детьми? Не соберет ли кто-нибудь из них свою простенькую суму, возмужав и окрепнув, и не пойдет ли по стопам того неизвестного паломника, продолжая славные традиции, издревле чтимые на Руси?

То дух паломника нетленный…

В 2003-м году, когда праздновали 100-летие со дня прославления батюшки Серафима, прибыла в Дивеево группа паломников из Екатеринбурга. Было их две сотни, а за плечами у каждого остались два с половиной месяца пути.

Мы тогда все удивлялись, спрашивали странников: «Почему? Зачем? Что заставило вас пуститься в этот нелегкий путь?». И, помнится, было нам неловко и стыдно оттого, что приехали мы на машине, да и то – всего на несколько часов.

Люди отдыхали: многие лежали прямо на траве, устроившись в березовой рощице недалеко от Елизарьева — смотрели в небо, мечтали каждый о своем… и улыбались. Какая-то простоватая благожелательность исходила от них.

«Как это «зачем»? – услышав наш вопрос, удивился тогда священник из Екатеринбурга отец Александр. – А вы посмотрите на всех этих людей. Чувствуете, какое от них исходит тепло? Какой душевный подъем, какая сила присутствуют в них? За тем и идут. Ищут благости святых мест — несут сюда свои вопросы, сомнения, и верят, верят, что дух батюшкин соделает великую силу, подарит покой и радость».

Как тут не вспомнить Сергея Нилуса, пусть и корили того в свое время за «Сионских мудрецов» и ссоры с оптинским старцем Варсонофием? «Кто не был в Сарове с верой в Серафима, кто не дышал напоенным его молитвой Саровским воздухом, тот не поймет и не оценит Сарова, хотя бы описанного и гениальным словом», — сказано это было все в том же памятном 1903 году. Больше ста лет прошло, огромный по человеческим меркам срок, но многое ли изменилось с тех пор? Все также идут сюда паломники: поодиночке, группами, семьями преодолевают сотни, а то и тысячи километров пути.

«Сейчас, конечно, время другое. Повсюду строят паломнические центры, гостиницы. Есть экскурсии и, казалось бы, чего проще? Сел в автобус и приехал, — разговорился тогда на привале у Елизарьева Николай, потомственный омский казак, шедший вместе с крестным ходом. — Но дело-то, оно вот в чем. Пока не пройдешь весь путь своими ногами, пока каждый километр земли не почувствуешь собственной ступней, как это, делали деды и прадеды, не ощутишь всей силы святых мест. Парадокс?».

И сам же ответил на свой вопрос: «Парадокс!

Михаил Боков


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"