На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Тайна беззакония  
Версия для печати

Заключение Комиссии Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по дополнительному изучению и анализу событий, происходивших в городе Москве 21 сентября - 5 октября 1993 года

Комиссия Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по дополнительному изучению и анализу событий, происходивших в городе Москве 21 сентября – 5 октября 1993 года, в составе В.А.Агафонова, Т.А.Астраханкиной, Н.М.Безбородова, В.И.Давиденко, Н.А.Зацепиной, А.Д.Куликова, Ж.М.Лозинской, З.Н.Ойкиной, С.Н.Решульского, В.Е.Цоя, изучив предоставленную Генеральной прокуратурой Российской Федерации информацию о результатах расследования уголовных дел, возбужденных в связи с указанными событиями, а также свидетельские показания, документы, аудио-, видео- и иные материалы, пришла к следующим основным выводам (подробная картина и анализ событий приведены в Докладе Комиссии):

1. Исходной причиной событий 21 сентября – 5 октября 1993 года и их тяжких последствий явилась подготовка и издание Президентом Российской Федерации Б.Н.Ельциным Указа Президента Российской Федерации от 21 сентября №1400 “О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации” (в дальнейшем – Указа №1400), озвученного в его телевизионном обращении к гражданам России 21 сентября 1993 года, в котором, в частности, предписывалось прервать осуществление Съездом народных депутатов Российской Федерации (в дальнейшем – Съезда народных депутатов) и Верховным Советом Российской Федерации (в дальнейшем – Верховным Советом) законодательной, распорядительной и контрольной функций, не созывать Съезд народных депутатов, а также прекратить полномочия народных депутатов Российской Федерации.

После подписания Указа №1400, в соответствии со статьей 121-6 действовавшей Конституции (Основного Закона) Российской Федерации – России, президентские полномочия Б.Н.Ельцина прекратились немедленно. Последующее использование Б.Н.Ельциным полномочий Президента Российской Федерации носило неправовой характер. Изданные им указы и распоряжения не имели юридической силы и не подлежали исполнению.

Заключением Конституционного Суда Российской Федерации от 21 сентября 1993 года Указ №1400 и связанное с ним обращение Президента Российской Федерации Б.Н.Ельцина к гражданам России от 21 сентября были признаны не соответствующими части второй статьи 1, части второй статьи 2, статье 3, части второй статьи 4, частям первой и третьей статьи 104, части третьей пункта 11 статьи 121-5, статье 121-6, части второй статьи 121-8, статьям 165-1, 177 действовавшей Конституции Российской Федерации и служащими основанием для отрешения Б.Н.Ельцина от должности Президента Российской Федерации или приведения в действие иных специальных механизмов его ответственности в порядке статьи 121-10 или 121-6 действовавшей Конституции Российской Федерации.

Антиконституционное прекращение деятельности законно избранных Съезда народных депутатов и Верховного Совета было заранее согласовано Б.Н.Ельциным с Президентом Соединенных Штатов Америки Б.Клинтоном и канцлером Федеративной Республики Германии Г.Колем. Во время подготовки Указа №1400 и последующих событий руководство и некоторые сотрудники Министерства иностранных дел Российской Федерации предпринимали меры, направленные на обеспечение международной поддержки реализации упомянутого Указа.

2. Главной причиной тяжких последствий событий 21 сентября – 5 октября 1993 года стали действия Б.Н.Ельцина и некоторых должностных лиц Администрация Президента Российской Федерации, Совета Министров – Правительства Российской Федерации (в дальнейшем – Правительства), Министерства внутренних дел Российской Федерации (в дальнейшем – МВД), Министерства связи Российской Федерации, Министерства иностранных дел Российской Федерации, правительства Москвы, Главного управления внутренних дел города Москвы (в дальнейшем – ГУВД Москвы) и ряда других государственных органов, учреждений и организаций, направленные на реализацию Указа №1400, в частности – на прекращение деятельности законно избранных Верховного Совета и Съезда народных депутатов.

Уже 21 сентября руководством и некоторыми членами Правительства (Е.Т.Гайдаром, А.В.Козыревым, А.Б.Чубайсом, С.А.Шахраем, В.Ф.Шумейко, В.С.Черномырдиным, Ю.В.Яровым) было принято и начало осуществляться решение об установлении блокады здания Верховного Совета, отключении в нем всех систем жизнеобеспечения и связи, недопущении выхода представителей Верховного Совета в телевизионный эфир, а также о пресечении проявлений неповиновения в органах исполнительной власти субъектов Российской Федерации. В последующие дни активно предпринимались меры, направленные на ликвидацию Департамента охраны и Аппарата Верховного Совета, велась политика, направленная на раскалывание депутатского корпуса. Все это сопровождалось наращиванием сил милиции и внутренних войск Министерства внутренних дел Российской Федерации (в дальнейшем – внутренних войск) в районе здания Верховного Совета и усилением психологического давления на сторонников Верховного Совета.

При этом Правительство отказывалось выполнять законные решения Верховного Совета и Съезда народных депутатов. Руководство “правительственной стороны” неоднократно отвергало предложения Конституционного Суда Российской Федерации, руководства Верховного Совета и Съезда народных депутатов отменить Указ №1400 и другие нормативные акты, направленные на его реализацию, а также связанные с ними нормативные правовые акты Верховного Совета и Съезда Народных депутатов, вернуться к положению на момент обнародования Указа №1400 и провести одновременные досрочные выборы Президента Российской Федерации и народных депутатов Российской Федерации.

3. В этой ситуации руководство Верховного Совета, и.о. Президента Российской Федерации А.В.Руцкой, назначенные Съездом “силовые министры” В.А.Ачалов, В.П.Баранников и А.Ф.Дунаев были вынуждены принимать решения, которые в некоторых случаях объективно вели к обострению обстановки, чему активно содействовала “правительственная сторона”. Так, для охраны здания Верховного Совета из числа добровольцев были сформированы дополнительные охранные подразделения, членам которых, по специальному разрешению, выдавалось огнестрельное оружие, принадлежавшее Департаменту охраны Верховного Совета. Это дало повод для развертывания “правительственной стороной” массированной информационной кампании вокруг оружия сторонников Верховного Совета и возможности его неконтролируемого распространения, направленной на оправдание своих действий по блокаде здания Верховного Совета. Вместе с тем продолжавшиеся действия, направленные на реализацию Указа №1400, недоверие к руководству “правительственной стороны” и отсутствие сколько-нибудь надежных внешних гарантий соблюдения достигнутых договоренностей делали разоружение дополнительных охранных подразделений Верховного Совета практически неосуществимым.

22 сентября 1993 года, после отказа министра связи Российской Федерации В.Б.Булгака восстановить отключенную связь в здании Верховного Совета, с целью восстановления связи на закрытый объект №18 Министерства по чрезвычайным ситуациям Российской Федерации прибыла группа сторонников Верховного Совета, имевших при себе оружие. Сила при проникновении на объект не применялась. Поняв, что объект как узел связи использовать нельзя, сторонники Верховного Совета покинули его. Эти действия сторонников Верховного Совета были целенаправленно истолкованы руководством “правительственной стороны” как “прямая вооруженная провокация”.

В то же время среди сторонников Верховного Совета находились отдельные лица, которых условия блокады, слухи о готовящемся штурме и растущий психологический стресс могли подтолкнуть к совершению неадекватных, самовольных действий.

23 сентября 1993 года группой таких лиц под руководством лидера “Союза офицеров” С.Н.Терехова, имевших при себе оружие, по собственной инициативе было совершено нападение на штаб Объединенных вооруженных сил СНГ. Во время нападения был убит один из нападавших и находившаяся в своей квартире пенсионерка. Этот инцидент был использован “правительственной стороной” для усиления блокады и давления на сторонников Верховного Совета под предлогом защиты жителей города Москвы от “незаконных вооруженных формирований”. Ответственность за нападение и гибель капитана милиции В.В.Свириденко была возложена на руководство и сторонников Верховного Совета.

27 сентября 1993 года здание Верховного Совета было окружено сплошным кольцом оцепления из сотрудников милиции и военнослужащих внутренних войск, вокруг здания было установлено заграждение из колючей проволоки АСКЛ. Пропуск людей, транспортных средств (включая машины “скорой помощи”), продовольствия и медикаментов внутрь зоны оцепления был фактически прекращен. Для информационно-психологического и психогенного воздействия на находившихся внутри зоны оцепления использовался бронетранспортер со смонтированной на нем звуковещательной станцией.

4. По мере ужесточения блокады внутри зоны оцепления вокруг здания парламента сложилась чрезвычайная медицинская обстановка, обусловленная скоплением значительного количества заболевших, уходом из здания Верховного Совета штатного медицинского персонала, острым дефицитом медикаментов и медицинского оборудования. Возникла повышенная вероятность эпидемической вспышки вследствие отключения в здании Верховного Совета водоснабжения, отопления, электричества, связи, канализации, а также недостатка дезинфекционных средств.

Руководство Главного медицинского управления города Москвы и Центра экстренной медицинской помощи Правительства Москвы фактически встали на сторону “правительственных сил”. Их самоустранение от оказания медицинской помощи находившимся внутри зоны оцепления и отказ обеспечить работавших там врачей-добровольцев необходимыми медикаментами, медицинским оборудованием, санитарным транспортом, а также запоздалая эвакуация 3-4 октября 1993 года раненых из Останкино и района Дома Советов на случайном, неприспособленном для подобных перевозок транспорте привели к тяжелым последствиям для жизни и здоровья людей.

5. Обострению обстановки способствовала действия центральных электронных средств массовой информации и некоторых периодических печатных изданий. Пресс-служба Президента Российской Федерации и Федеральный информационный центр вели информационную войну против Верховного Совета. В отношении Верховного Совета, Съезда народных депутатов и их сторонников в столице и на местах развернута массированная дезинформационная кампания. “Правительственной стороной” была фактически введена цензура, закрыты некоторые газетные издания и телевизионные программы.

6. Значительную роль в дальнейшем обострении обстановки и возникновении первых массовых столкновений сторонников Верховного Совета с милицией стали действия сотрудников милиции по разгону митингов и манифестаций в поддержку Верховного Совета и задержанию их активных участников в период с 27 октября по 2 октября 1993 года, что в некоторых случаях приобретало характер массовых избиений манифестантов с применением спецсредств. От противоправных действий сотрудников милиции пострадали гражданские лица, в том числе, случайные прохожие и лица, наблюдавшие за событиями. При этом сотрудниками милиции не принимались во внимание Постановления Верховного Совета и разрешения Московского Совета народных депутатов, санкционировавшие проведение массовых акций в поддержку Верховного Совета.

28 сентября 1993 года при разборе баррикады, возведенной сторонниками Верховного Совета, вследствие неосторожных действий сотрудников милиции погиб подполковник милиции В.Г.Рештук. Этот инцидент был целенаправленно истолкован “правительственной стороной” как убийство сотрудника милиции сторонниками Верховного Совета.

Жестокий разгон массовых акций в поддержку Верховного Совета в районе кольца оцепления вокруг здания Верховного Совета привел к переносу места проведения или стихийного возникновения этих акций в более удаленные районы Москвы, что, соответственно, расширило зону конфликта.

Действия сотрудников милиции и военнослужащих внутренних войск по блокаде здания Верховного Совета и подавлению массовых акций в поддержку Верховного Совета представлялись “правительственной стороной” как мероприятия по охране правопорядка и поручались исполнителям через приказы их непосредственных начальников, что практически исключало проявления неподчинения приказам и распоряжениям руководства “правительственных сил”.

Психологическим фактором, способствовавшим повышению агрессии сотрудников милиции и возникновению эксцессов явились осознание многими милиционерами неправомерности своих действий при невозможности уклониться от выполнения приказа, длительное непосредственное соприкосновение с возбужденной, не всегда лояльно настроенной массой сторонников Верховного Совета, усталость, а также распространявшиеся руководством МВД, руководством ГУВД Москвы и некоторыми средствами массовой информации не соответствовавшие действительности сведения о гибели сотрудников милиции от рук сторонников Верховного Совета.

7. Полная блокада здания Верховного Совета и резкое обострение обстановки привели к утрате контроля за массовыми акциями в поддержку Верховного Совета со стороны руководства Верховного Совета, и.о. Президента Российской Федерации А.В.Руцкого, народных депутатов Российской Федерации, Московского городского и районных Советов, а также руководства некоторых умеренных оппозиционных партий, и, в то же время – к росту неконтролируемой активности лидеров некоторых радикальных партий, стремившихся использовать энергию масс для борьбы с антиконституционными действиями. В результате, 3 октября 1993 года, при попытке провести колонну участников митинга в поддержку Верховного Совета с Октябрьской площади к зданию Верховного Совета, произошли массовые столкновения с сотрудниками милиции и военнослужащими внутренних войск, в ходе которых было разблокировано здание Верховного Совета и захвачено несколько автобусов и автомашин, принадлежавших подразделениям милиции и внутренних войск. При прорыве оцепления в районе мэрии города Москвы сотрудники милиции применили против демонстрантов огнестрельное оружие на поражение. В результате получили ранения различной степени тяжести несколько гражданских лиц и сотрудников милиции. Двое сотрудников милиции были убиты.

Стрельба по демонстрантам стала причиной стихийного захвата здания мэрии города Москвы некоторыми членами дополнительных охранных подразделений Верховного Совета и демонстрантами. Захват здания мэрии и располагавшегося рядом здания гостиницы “Мир”, в котором находился оперативный штаб ГУВД Москвы, руководивший действиями по блокаде здания Верховного Совета, был осуществлен ранее и вне причинной связи с призывами “взять штурмом мэрию и Останкино”, прозвучавшими в выступлениях и.о.Президента Российской Федерации А.В.Руцкого и Председателя Верховного Совета Р.И.Хасбулатова на начинавшемся практически одновременно с этими событиями митинге сторонников Верховного Совета.

С целью добиться предоставления “прямого эфира” для руководства Верховного Совета, по распоряжению и.о.Президента Российской Федерации А.В.Руцкого к телецентру “Останкино” была направлена автоколонна сторонников Верховного Совета, возглавлявшаяся уполномоченными для ведения переговоров с руководством и охраной телецентра народным депутатом Российской Федерации И.В.Константиновым и генерал-полковником А.М.Макашовым. Вслед за указанной автоколонной к телецентру направилась многочисленная пешая колонна демонстрантов. Для обеспечения охраны при переговорах и поддержания порядка среди демонстрантов в составе автоколонны находились 16 членов дополнительных охранных подразделений Верховного Совета, имевших при себе оружие и подчинявшихся А.М.Макашову. Насильственного захвата телецентра “Останкино” не планировалось.

8. Во время событий у телецентра “Останкино” 3 октября 1993 года руководители телецентра и находившихся в нем военнослужащих внутренних войск и сотрудников милиции в течение двух с половиной часов уклонялись от переговоров с уполномоченными представителями Верховного Совета о предоставлении возможности выступить в “прямом эфире”, одновременно требуя от руководства “правительственных сил” все новых подкреплений. Эти действия привели к росту напряженности и отдельным, в основном стихийным, противоправным действиям некоторых сторонников Верховного Совета, которые, однако, не могут рассматриваться как “штурм” телецентра.

Опасаясь за исход противостояния командование внутренних войск приняло решение о применении против сторонников Верховного Совета огнестрельного оружия и бронетехники. После неудачной попытки спровоцировать огонь со стороны членов дополнительных охранных подразделений Верховного Совета, ранив выстрелом одного из них, взрывом свето-шумовой гранаты был подан сигнал к открытия огня на поражение. Непосредственный приказ об открытии огня на поражение был отдан заместителем командующего внутренними войсками генерал-майором П.В.Голубецом по согласованию с командующим внутренними войсками генерал-полковником А.С.Куликовым.

Выстрела из гранатомета сторонниками Верховного Совета, которым, по утверждениям “правительственной стороны”, якобы был убит рядовой 6-го отряда специального назначения “Витязь” Н.Ю.Ситников, что послужило поводом для открытия огня на поражение, в действительности не было. Причиной гибели Н.Ю.Ситникова, по-видимому, стали неосторожные действия с оружием кого-то из его сослуживцев.

В начале стрельбы по людям внутри здания АСК-3 телецентра кем-то из находившихся там военнослужащих внутренних войск и сотрудников милиции был застрелен видеоинженер С.Н.Красильников. Нельзя исключить, что этот акт был направлен на запугивание остававшихся в указанном здании сотрудников телецентра.

Происходившее после начала стрельбы являлось фактически расстрелом из автоматического оружия и с бронетранспортеров в большинстве своем не имевших огнестрельного оружия сторонников Верховного Совета и всех, кто находился у телецентра. Ответный огонь со стороны членов дополнительных охранных подразделений Верховного Совета, прибывших с генерал-полковником А.М.Макашовым, практически не велся.

Стрельба по людям стала причиной попыток некоторых лиц поджечь бутылками с бензином одно из зданий телецентра, откуда велся огонь, и бронетранспортеры внутренних войск, что вызвало усиление стрельбы по людям.

Некоторые военнослужащие внутренних войск и сотрудники милиции применяли огнестрельное оружие и бронетехнику против гражданских лиц, не принимавших участия в массовых акциях у телецентра, наблюдавших за событиями и случайных прохожих, безоружных женщин и несовершеннолетних, людей, оказывавших помощь раненым, исполнявших свой профессиональный долг медицинских работников, журналистов и сотрудников телецентра, обстреливали проезжавшие автомашины и городской транспорт, что привело к многочисленным человеческим жертвам и не было предусмотрено никакими действовавшими нормативными правовыми актами. В ряде случаев такое применение оружия являлось, по-видимому, умышленным и целенаправленным. Имели место случаи раздавливания людей бронетранспортерами, закалывания штыком, умышленного убийства, избиений и ограбления при этом сотрудников телецентра некоторыми военнослужащими внутренних войск. Многие пострадавшие пришли в Останкино после просмотра телевизионного обращения к москвичам Е.Т.Гайдара, в том числе, для “защиты” телецентра от сторонников Верховного Совета.

В ходе событий у телецентра “Останкино” был причинен значительный материальный ущерб государству, коммерческим структурам и частным лицам. По данным Генеральной прокуратуры Российской Федерации, только телецентру “Останкино” был причинен ущерб на сумму 1 млрд. 700 млн. рублей в ценах 1994 года.

В районе телецентра “Останкино” были убиты или впоследствии скончались от полученных ранений не менее 46 человек. Ранения или иные телесные повреждения различной степени тяжести получили не менее 124 человек.

9. Ввод подразделений российской армии в город Москву и их использование против гражданских лиц 4 октября 1993 года не был предусмотрен действовавшими нормативными правовыми актами. Приказ об использовании российской армии для подавления сторонников Верховного Совета был отдан Б.Н.Ельциным и продублирован устным приказом №081 от 4 октября 1993 года генерала армии П.С.Грачева, ранее отстраненного Верховным Советом от должности министра обороны Российской Федерации. Общий план операции по захвату здания Верховного Совета был предложен сотрудником Службы безопасности Президента Российской Федерации капитаном первого ранга И.Г.Захаровым. Планирование военной операции по блокированию здания Верховного Совета было осуществлено в Генеральном штабе Министерства обороны Российской Федерации под руководством заместителя министра обороны Российской Федерации генерал-полковника Г.Г.Кондратьева, который в дальнейшем осуществлял непосредственное руководство действиями подразделений российской армии, привлеченных для проведения операции.

Приказ “подавлять огневые точки” сторонников Верховного Совета без указания этих “точек”, не налаженное взаимодействие между подразделениями российской армии и внутренних войск, использование на начальном этапе операции в качестве ударной силы отряда добровольцев из числа членов “Союза ветеранов Афганистана”, которым по приказу генерала армии П.С.Грачева было передано автоматическое оружие и бронетехника мотострелковой Таманской дивизии, вызвали интенсивный огонь по всем “подозрительным” целям, перестрелки, в том числе, снайперов, и столкновения между собой подразделений российской армии и внутренних войск, которые привели к многочисленным жертвам среди гражданских лиц, военнослужащих и сотрудников милиции.

Дополнительные человеческие жертвы вызвало решение руководства операцией использовать для захвата здания Верховного Совета неподготовленных для этой цели военнослужащих срочной службы десантных войск и сотрудников милиции.

Руководителями операции не были приняты адекватные меры по своевременному предупреждению жителей домов, оказавшихся в зоне боевых действий, об опасности и эвакуации, а также по обеспечению безопасности находившихся в районе здания Верховного Совета гражданских лиц.

Некоторые военнослужащие и сотрудники милиции, участвовавшие в операциях по блокированию и “зачистке” кварталов, прилегающих к зданию Верховного Совета, совершали недопустимо жесткие, противоправные действия в отношении остановленных для проверки гражданских лиц, военнослужащих и сотрудников милиции, подозревавшихся ими в принадлежности к сторонникам Верховного Совета. После прекращения сопротивления и выхода из здания Верховного Совета многие народные депутаты Российской Федерации, сотрудники Аппарата Верховного Совета и граждане также подверглись противоправным, насильственным действиям со стороны сотрудников милиции. Некоторые граждане были убиты или получили огнестрельные и штыковые ранения различной степени тяжести. Между военнослужащими и сотрудниками милиции возникали перестрелки, сопровождавшиеся человеческими жертвами.

По данным прокуратуры города Москвы, в период с 3 по 5 октября 1993 года в связи с происходившими событиями сотрудниками милиции было задержано более 6000 человек, из них почти половина без оформления документов. В следственные изоляторы без документов о взятии под стражу были помещены 348 человек. Всего до отмены чрезвычайного положения было задержано за административные нарушения 54 тыс. человек, за нарушение комендантского часа – 35 тыс. человек. При этом задержания нередко носили произвольный характер. В некоторых отделениях милиции происходили массовые избиения арестованных и задержанных.

В период с 4 по 12 октября 1993 года имели место факты краж оборудования, вещей и оружия из здания Верховного Совета военнослужащими, ущерб от которых, по данным Генеральной прокуратуры Российской Федерации, составил 357131559 руб. 39 коп. (в ценах 1993 года). Разграблению подвергалась также собственность, находившаяся на территории, прилегавшей к зданию Верховного Совета и принадлежавшая гражданам и коммерческим структурам.

Во время штурма здания Верховного Совета было убито или впоследствии скончалось от полученных ранений не менее 74 и получили ранения различной степени тяжести не менее 172 человек (в приведенные цифры не включены погибшие и раненые во взаимных столкновениях между подразделениями внутренних войск и российской армии, перестрелках между военнослужащими и сотрудниками милиции, произошедшими в других районах города Москвы, а также некоторые другие пострадавшие в связи с рассматриваемыми событиями).

По данным Генеральной прокуратуры Российской Федерации в результате штурма только зданиям Верховного Совета причинен материальный ущерб в размере 48744828,6 тысяч рублей, 44125,1 тысячи долларов США, 12083,9 тысяч австрийских шиллингов, 1044,9 тысячи финских марок, 139 тысяч норвежских крон и 163,6 тысяч немецких марок. При инвентаризации имущества Верховного Совета по состоянию на 10 октября 1993 года была выявлена недостача в размере 376 млн. 131 тыс. 559 рублей (оценка утраченного имущества проводилась по его остаточной стоимости). Суммы в рублях приведены в ценах 1993 года.

10. По приближенной оценке в событиях 21 сентября – 5 октября 1993 года всего были убиты или скончались от полученных ранений около 200 и получили ранения или иные телесные повреждения различной степени тяжести не менее 1000 человек.

Фактов глумления над погибшими, применения пуль со смещенным центром тяжести и разрывных пуль не установлено. Имели место случаи закалывания штыком, раздавливания бронетехникой, а также выстрела в упор и последовавшего добивания лежавшего на земле человека штыком. Получены данные об отдельных эпизодах, которые говорят о возможности бессудных расстрелов гражданских лиц.

11. В силу сложившейся политической обстановки, органы прокуратуры не смогли провести полное, объективное и всестороннее расследование уголовного дела №18/123669-93 о массовых беспорядках в городе Москве 3 – 4 октября 1993 года, а также некоторых других уголовных дел, возбужденных в связи с событиями 21 сентября – 5 октября 1993 года. Руководство “правительственной стороны” активно влияло на следствие, пытаясь средствами “указного права” и административного давления определить круг обвиняемых и квалификацию содеянного. Некоторые должностные лица, военнослужащие и сотрудники милиции препятствовали проведению следственных действий. Так, представители следственной бригады Генеральной прокуратуры Российской Федерации впервые были допущены в здание Верховного Совета только утром 7 октября 1993 года. Сотрудникам следственной бригады не позволили произвести судебно-баллистическую экспертизу оружия 6-го отряда специального назначения “Витязь” и других подразделений военнослужащих и сотрудников милиции, принимавших участие в событиях на стороне “правительственных сил”. Имели место случаи уничтожения до окончания следствия одежды погибших, утраты других вещественных доказательств.

При расследовании уголовного дела №18/123669-93 о массовых беспорядках в городе Москве 3 – 4 октября 1993 года – издание Указа №1400, другие нормативные акты и действия, направленные на его реализацию, фактически рассматривались как правомерные и служили основой при правовой оценке действий участников событий. Предмет расследования был ограничен массовыми столкновениями 3-4 октября 1993 года, их связью с действиями руководства Верховного Совета, организацией дополнительных охранных подразделений Верховного Совета, а также выяснением законности хранения и ношения оружия сторонниками Верховного Совета. В качестве обвиняемых были привлечены только некоторые руководители и активные сторонники Верховного Совета. Из руководства “правительственной стороны” был допрошен в качестве свидетеля только В.Ф.Шумейко. Ряд важных аспектов событий остались за рамками расследования как якобы не имевшие к нему непосредственного отношения.

В то же время, вопреки воле руководства “правительственной стороны”, сотрудникам следственно-оперативной группы удалось распространить следственные действия на события, предшествовавшие массовым столкновениям 3-4 октября 1993 года, а также на действия “правительственной стороны” и установить в некоторых из них признаки состава преступления. Однако обвинения предъявлены не были. В отношении некоторых должностных лиц, действия которых привели к тяжким последствиям происшедшего, следственные действия вообще не проводились.

Следствию удалось выяснить многие важные подробности происшедшего, в том числе, связанные с характером и обстоятельствами получения ранений и иных телесных повреждений пострадавшими, опровергающие версию “правительственной стороны” о штурме телецентра “Останкино” и выстреле из гранатомета сторонниками Верховного Совета, якобы послужившими причиной открытия огня по людям, а также со взаимными столкновениями подразделений российской армии и внутренних войск, принимавших участие в штурме здания Верховного Совета. Судебно-баллистическими экспертизами, проведенными с фрагментами пуль и оболочек пуль, извлеченных из пострадавших, не было идентифицировано оружие, изъятое у сторонников Верховного Совета на момент проведения экспертиз.

Некоторые уголовные дела, возбужденные в связи с событиями 21 сентября – 5 октября 1993 года и не подлежавшие прекращению вследствие акта амнистии, принятого Постановлением Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 23 февраля 1994 года № 65-1 ГД “Об объявлении политической и экономической амнистии”, были прекращены производством без достаточных оснований. В настоящее время, в результате обращений Комиссии в органы прокуратуры, некоторые из этих дел возобновлены производством.

12. В ходе предварительного расследования уголовных дел, возбужденных в связи с событиями 21 сентября - 5 октября 1993 года, большинство пострадавших в этих событиях гражданских лиц, военнослужащих и сотрудников милиции были признаны потерпевшими. Многие из них не являлись участниками политического противостояния и связанных с ним массовых столкновений. В то же время некоторые лица, которым участниками указанных событий был причинен моральный, физический или имущественный вред, без достаточных оснований не были признаны потерпевшими.

13. Объявленная Государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации амнистия участникам событий 21 сентября – 4 октября 1993 года увела от ответственности многих виновников тяжких последствий происшедшего, оказала негативное влияние на качество расследования уголовных дел, подлежавших прекращению вследствие указанного акта амнистии, а также фактически лишила большинство невинно пострадавших в этих событиях гражданских лиц, военнослужащих и сотрудников милиции возмещения понесенного ими ущерба, что могло быть реально осуществлено только в рамках уголовного процесса.

14. На сегодняшний день материальное положение и социальное самочувствие большинства невинно пострадавших в указанных событиях гражданских лиц, военнослужащих и сотрудников милиции должно быть расценено как тяжелое и требующее принятия необходимых мер социальной защиты.

15. Тяжесть последствий происшедшего и неисчепанность до сегодняшнего дня всех внутригосударственных правовых средств в отношении лиц, действия которых привели к указанным последствиям, не позволяют относиться к событиям 21 сентября – 5 октября 1993 года как к перевернутой странице российской истории.

Окончательное и справедливое решение вопросов, связанных с последствиями событий 21 сентября – 5 октября 1993 года, возможно только при условии привлечения к установленной законом ответственности лиц, чьи действия, связанные с превышением ими своих должностных полномочий, стали исходной причиной указанных событий, привели к массовым столкновениям, человеческим жертвам, разрушениям и иным тяжким последствиям, а также законодательного решения вопросов возмещения ущерба и предоставления необходимых социальных гарантий невинно пострадавшим в этих событиях гражданским лицам, военнослужащим и сотрудникам милиции.

 

Председатель Комиссии,
депутат Государственной Думы Т.А.Астраханкина


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"